20 Марта 2017
Экспортеров обяжут хеджировать валютные риски

Экспортеров обяжут хеджировать валютные риски



В конце февраля председатель правительства России Дмитрий Медведев обещал несырьевым экспортерам, несшим потери от укрепления рубля, хеджировать их валютные риски через единое окно (Росэксимбанк, «дочку» Российского экспортного центра, входящего в группу ВЭБа). На прошлой неделе Минэкономразвития отослало в правительство предложения, каким будет это хеджирование.

Хеджирование будет обязательным для всех несырьевых экспортеров с госучастием с существенной долей рублевых издержек. Это коснется в первую очередь средних компаний — крупные уже давно научились хеджировать риски. Частные компании будут обязаны хеджировать риски, только если они привлекают страховое покрытие от «Эксара» («дочка» РЭЦа). Будет постановление правительства о программе, а компаниям с госучастием будут даны директивы разработать и внедрить политику управления валютными рисками, говорится в концепции министерства.

Алгоритм будет таков. Сначала экспортер обратится в РЭЦ — он оператор программы. РЭЦ запросит у уполномоченных банков (их отберут по списку критериев) лучшие условия хеджирования, а клиент выберет лучшее для себя. Список критериев будет схож с тем, что позволяет банкам получать средства госкомпаний на депозиты.

Будут два стандартных варианта хеджирования: беспоставочный опцион «пут» и форвардный контракт. В первом экспортер купит у банка право продать валюту по установленному минимальному курсу, но обязанности продать валюту по такому курсу у клиента нет — по сути это страховка, за которую платится опционная премия.

Во втором варианте, при форвардном контракте, клиент никакой платы не вносит, но у него появляется обязанность продать валюту по контрактному курсу. Это может быть выгодней, чем опцион, но банк потребует внести денежное обеспечение, что отвлечет деньги из оборота компании.

— Проблема большая: регуляторные требования к участникам форвардного рынка ужесточаются, размер обеспечения растет, а эффективность операций для экспортеров снижается, особенно при увеличении сроков хеджирования, — беспокоится предправления Росэксимбанка Андрей Поляков.

Минэкономразвития предлагает решение этой проблемы: ВЭБ или другой уполномоченный банк сможет предоставить банку гарантию, покрывающую риск неисполнения форвардного контракта, и обеспечение вносить не потребуется. Гарантии тоже не бесплатны, их цена зависит от кредитного риска клиента. Компаниям с устойчивым финансовым состоянием такой инструмент окажется выгоден. Никакой квоты на эти гарантии ВЭБу спускать не будут, а чтобы снизить его риски, введут требования к финансовому состоянию и рейтингу клиента.

ВЭБ не стал комментировать, какой может быть стоимость гарантийного инструмента.

— Мы еще думаем над этой идеей, — говорит менеджер ВЭБа.

— Компании-экспортеры получат предсказуемость: у них может быть упущенная выгода (если рубль окажется слабее форвардного курса), но это нормально — они должны заниматься профильной деятельностью, то есть производством, а не валютной спекуляцией, объясняет федеральный чиновник.

— Компании могут начать жаловаться на эту упущенную выгоду, полученную из-за требований государства, но сейчас ситуация не лучше — они приходят и жалуются на снизившуюся выручку из-за чрезмерного укрепления рубля, — вспоминает случаи из практики другой чиновник. — К хеджированию же они сейчас не прибегают, потому что боятся претензий акционеров, если это частная компания, и прокуратуры и Счетной палаты — если государственная. Логика у казначеев многих компаний простая: если хеджирование убережет от убытков, премию ему за это не выпишут, а если компания недополучит, его могут и уволить, — продолжает он. — Поэтому и возникла идея такого единого механизма: менеджмент компании сможет всегда сослаться на постановление правительства и на директивы.

Минэкономразвития предпочло не вмешиваться в рыночные механизмы, если только их улучшить, но обсуждаются и другие идеи, которые бы напрямую снижали издержки экспортеров.

— Сейчас обсуждаются варианты передачи части рыночного и кредитного риска с коммерческого сектора на государственные институты развития: институт (например, Росэксимбанк) может принять эти риски, не требуя никакого обеспечения от экспортеров, — предлагает один из вариантов Поляков. — В зависимости от качества клиента банк-оператор может сам определять размер обеспечения — составит ли оно 100, 50 или 0 %,— рассказывает сотрудник Росэксимбанка. Но тогда есть риск новых проблем у ВЭБа и его «дочек». А ВЭБ и так еле выбрался из своего тяжелого финансового положения.

Минфин официально отказался от комментариев.

Обеспечение действительно снижает привлекательность форвардов, говорит директор операций на валютном и денежном рынке Металлинвестбанка Сергей Романчук.

— Банки не доверяют. С клиентом может что-то случиться за это время, он станет неплатежеспособным, или руководство решит, что банк его обманул — зачем им валюта по 65 рублей, когда в этот момент на рынке можно заплатить на 10 миллионов рублей меньше? Вот эти 10 миллионов рублей и потребует банк вперед, — говорит Романчук. — По залоговому депозиту банк платит процент, но низкий, ниже того, по которому компания фондирует свой бизнес, в итоге экспортер проедает капитал. Гарантии ВЭБа могут стать хорошей альтернативой, но выгодность операции зависит от стоимости ресурсов для экспортеров и потери на разницах ставок привлечения и ставок по гарантиям. А ставки будут всегда зависеть от конкретного клиента, не факт, что гарантии будут пользоваться спросом,— рассуждает Сергей Романчук.

Но делать гарантии бесплатными или использовать госгарантии чиновники категорически не хотят: возможен эффект moral hazard — банк будет не так тщательно изучать риски срыва контракта клиентом, переживает федеральный чиновник. Даже при госгарантиях таких рисков у Росэксимбанка не будет, заверяет сотрудник Росэксимбанка: за госкомпаниями и институтами развития установлен тщательный контроль, поэтому любой сотрудник такой организации будет внимательно изучать риски клиентов при любых гарантиях.

По материалам http://www.vedomosti.ru